17 сентября 1973 года в СССР состоялась премьера советской кинокомедии «Иван Васильевич меняет профессию».
Удивительно, но в Америке фильм увидели в июне этого же года.
«Иван Васильевич меняет профессию» — советская кинокомедия производства киностудии «Мосфильм», снятая в 1973 году режиссёром Леонидом Гайдаем по мотивам пьесы Михаила Булгакова «Иван Васильевич» об инженере-изобретателе Тимофееве, создавшем машину времени, которая удивительным образом открывает двери в XVI век — во времена Ивана Грозного, в результате чего царь оказывается в советской Москве, а его тёзка — управдом Иван Васильевич Бунша вместе с вором-рецидивистом Жоржем Милославским — в палатах царя.
История пьесы Михаила Булгакова под названием «Иван Васильевич» достаточно сложна. 8 декабря 1933 года Булгаков делает первые наброски новой пьесы, а 9 января 1934 года, как запишет Елена Сергеевна (Елена Сергеевна Булгакова — супруга писателя. — Прим. ред.) в дневнике, «сцена за сценой — намечает пьесу». Она спрашивает — в какой театр? «С моей фамилией — никуда не возьмут. Даже если и выйдет хорошо». После краха — снятия всех пьес Булгакова в 1928-1929 годах — на сцене с весны 1932 года идет только одна его пьеса, «Дни Турбиных».
В новой пьесе «Блаженство» машина времени, изобретенная инженером Рейном, заносит героев в будущее, которое и должно представлять собой блаженную страну — то самое светлое будущее, которое СССР строит уже много лет. И тамошнее начальство предлагает изобретателю, выражая самую суть послеоктябрьской власти, сдать машину государству. В ответ на уговоры Рейн говорит: «Я понял. Я пленник, вы не отпустите меня». И герои бегут из малосимпатичного будущего в свое время…
Булгаков читает пьесу друзьям, им нравится. 25 апреля 1934 года он читает ее труппе Театра сатиры — и пишет затем своему другу, философу и литературоведу Павлу Попову: «Очень понравился всем первый акт и последний (в них действует Иван Грозный, который в этой пьесе — лицо эпизодическое. — Прим. авт.). Но сцены в «Блаженстве не приняли никак. Все единодушно вцепились и влюбились в Ивана Грозного. Очевидно, я что-то совсем не то сочинил». Могу себе представить, в каком перепуге все были от того, каким непривлекательным оказался далекий, но вожделенный коммунизм!
31 апреля режиссеры и актеры театра были в гостях у Булгаковых:
«Все они насели на М[ихаила] А[фанасьевича Булгакова] с просьбой переделок, согласны на длительный срок, скажем 4 месяца. Им грезится какая-то смешная, с Иваном Грозным, с усечением будущего. Они считают, что это уже есть, как зерно, в пьесе, в первом появлении Ивана Грозного».
Из дневника Елены Сергеевны Булгаковой
Но Булгаков с головой погружен в завершение романа «Мастер и Маргарита». В сентябре театр снова напоминает о себе — режиссер просит «из «Блаженства» сделать комедию, в которой бы Иван Грозный действовал в современной Москве». Но работа все время перебивается другими: теперь Булгаков занят пьесой о Пушкине, торопясь к постановке пьесы в дни так называемого юбилея — столетия со дня смерти.
2 октября 1935 года: «Радостный вечер! — записывает Елена Булгакова. — Миша читал «Ивана Васильевича» с бешеным успехом — у нас в квартире… все хохотали… Хотят пьесу пускать в работу немедленно».
7 октября Булгаков сдает комедию в Театр сатиры, а 17 октября Елена Сергеевна записывает: «Замечательное сообщение об «Иване Васильевиче». Пять человек в реперткоме (репертуарный комитет — это театральная цензура. — Прим. авт.) читали пьесу, все искали, нет ли в ней чего подозрительного. Так ничего и не нашли. Миша говорит: «Чего они там ищут?!» Замечательная фраза: а нельзя ли, чтоб Иван Грозный сказал, что теперь лучше, чем тогда?»
20 октября к больному Булгакову домой приезжают из театра и реперткома. Реперткомовский чиновник «никак не решается разрешить пьесу. Сперва искал в ней какую-то вредную идею. Когда не нашел, стал расстраиваться от мысли, что в ней никакой идеи нет. Истязал этими вопросами Мишу. Такие разговоры вести невыразимо мучительно. Уехал, сказав, что пьесу будет читать еще раз вечером. <…> Бессмысленная трусость и подхалимство — вот причина всех этих дел!» (из дневника Елены Сергеевны Булгаковой)
29 октября приходит наконец разрешение на постановку. 1936 год начинается надеждами Булгакова на постановку трех пьес — «Мольер», «Александр Пушкин», «Иван Васильевич». Но жизнь в «стране Блаженства» идет заведенным порядком: после девяти спектаклей «Мольера» во МХАТе в газете «Правда» появляется разгромная статья о спектакле под заголовком «Внешний блеск и фальшивое содержание». «Как только прочитали ее, — записывает Елена Булгакова в дневнике, — Миша сказал: «Мольеру» и «Ивану Васильевичу» конец». Днем пошли в театр (во МХАТ. — Прим. авт.).«Мольера» сняли».
13 мая в Театре сатиры проходит генеральная репетиция «Ивана Васильевича» — без публики, смотрят только чиновники. Елена Сергеевна записывает: «…к концу пьесы, даже не снимая пальто… вошел в зал Фурер — кажется, он из МК партии. <…> Немедленно после генеральной пьеса была запрещена».
Напечатана и поставлена пьеса «Иван Васильевич» была только через много лет после смерти автора.
Советская кинокомедия Леонида Гайдая — лидер советского кинопроката 1973 года — свыше 60 миллионов зрителей.
Отличия пьесы от кинофильма:
Оригинальная пьеса Михаила Булгакова отображает быт 1930-х годов, в то время как фильм был снят в 1973 году, все бытовые действия в пьесе происходят в коммуналке, но ко времени съёмок таких фешенебельных коммуналок не осталось. В результате в сценарий были внесены некоторые изменения, отображающие современные на тот момент реалии. К примеру, патефон, упоминавшийся в пьесе, был заменён на магнитофон, коверкотовое пальто — на замшевую куртку, а в самой машине времени используются транзисторы.
В пьесе Булгакова Тимофеев решает отправиться в эпоху Ивана Грозного, услышав по радио трансляцию оперы «Псковитянка», в то время как в фильме по телевизору он уже смотрит оперу «Борис Годунов», поскольку звучит вторая картина пролога этой оперы композитора Модеста Мусоргского — Колокольный звон и фраза Шуйского «Да здравствует царь Борис Фёдорович!».
Изменён мотив приезда Якина к Зине. В пьесе Якин появляется в комнате Тимофеева, удивлённый, почему Зина убежала втихую со студии. В фильме же она предварительно устроила скандал на студии и при уходе перепутала чемоданы, поэтому Якин явился обратно обменять их. В сцене встречи кинорежиссёра Якина с Иваном Грозным упоминаются фамилии популярных в 70-е годы киноартистов: Сергей Бондарчук, Юрий Никулин и Иннокентий Смоктуновский. Подчёркнутое панибратство Якина с царём, которого Якин принимает за киноактёра — это довольно злая карикатура на привычное поведение известного режиссёра Ивана Пырьева, которого Гайдай недолюбливал.
В пьесе упоминается, что Иван Васильевич Бунша был сыном князя, но сам Бунша опровергает это, ссылаясь на то, что на самом деле его биологический отец — кучер Пантелей; в фильме этот эпизод опущен как явный анахронизм.
В пьесе квартира у Тимофеева и Шпака была общая (коммунальная). Дверь в комнату Антона Семёновича была заперта на навесной замок, по поводу которого вор Жорж Милославский иронизирует: «Какой замок комичный. Мне что-то давно такой не попадался… Но на самом деле замок служит только для одной цели: показать, что хозяина дома нет…». В фильме, в фешенебельном доме, в котором происходило действие, об этом не могло быть и речи.
Другие изменения не касались напрямую разницы во времени.
Было изменено имя Тимофеева: в пьесе его имя Николай, а в фильме — Александр (Шурик).
В пьесе Иван Грозный, описывая Зину, говорит «А боярыня красотою лепа, бела вельми, червлена губами, бровьми союзна, телом изобильна» (см. статью «Годунова, Ксения Борисовна»). Эта последняя характеристика в фильме не прозвучала, так как у Натальи Селезнёвой, исполнявшей роль Зины, — стройная фигура.
Была изменена и причина поломки машины времени, и процедура её ремонта. В пьесе Михаила Булгакова Жорж Милославский и Иван Васильевич Бунша отправляются в прошлое, захватив с собой ключ от машины, и Тимофеев отправляется к слесарю, чтобы сделать новый ключ, в то время как в фильме причиной поломки является попадание в машину времени алебарды (Тимофеев ошибочно назвал её бердышом) и перегоревшие транзисторы.
Наконец, в финале пьесы выясняется, что комнату Антона Семёновича Шпака действительно обокрали, а в фильме это остаётся частью сна. (В ранней редакции пьесы мотива сна не было вообще, изобретение машины времени подавалось как реальность).
Слово «лепота», которое произносит царь с балкона московской многоэтажки, в пьесе отсутствует. Это древнее слово было возвращено в современный поэтический язык в 1938 году в поэме Дмитрия Кедрина «Зодчие», где Иван Грозный его произносит, глядя на построенный храм Василия Блаженного.
В пьесе после шведского посла Бунша-царь принял патриарха, у которого Милославский украл панагию и который впоследствии и подбил войско на мятеж, сообщив, что царь ненастоящий. В фильме этого эпизода нет — «царь» не принял татарского князя, так как Милославский объявил обеденный перерыв. У Булгакова «патриарх» — это анахронизм (возможно, сознательный): патриаршество в России было введено только в 1589 году, через пять лет после смерти Ивана Грозного (при нём церковь возглавляли московские митрополиты).
В пьесе отдать шведам Кемскую волость решает Милославский, а не Бунша, как в фильме. Бунша в диалог не вмешивается, и в результате волость отдают шведам. В фильме именно Милославский выступает против передачи волости шведам.
В пьесе, в сцене пира, Бунша хочет, чтобы музыканты сыграли ему румбу. В фильме же Бунша требует «что-нибудь массовое петь, современное… ну как это…: трали-вали, тили-тили, это нам не… тили-тили, это вы не трали-вали…», после чего музыканты и Милославский исполняют песню «Разговор со счастьем».
В пьесе Николай предлагает Ивану Грозному вместо анисовой водки выпить 40-градусный напиток «Горный Дубняк», относящийся к классу горьких настоек. В фильме же Шурик угощает царя водкой «Столичная».