Вадим Шефнер «Сестра печали»
«Истинно вам говорю: война — Сестра печали, горька вода в колодцах ее… многие из вас не вернутся под сень кровли своей. Но идите. Ибо кто, кроме вас, оградит землю эту…»
Перед вами трогательное, проникновенное повествование о судьбе поколения, о первой любви, оборванной войной. Оно ярко окрашено личными переживаниями, содержит детали биографии самого писателя, эхо событий его собственной военной судьбы. Это проза поэта. Магия его лирики завораживает, теплый отклик вызывает звучащая в повести щемящая светлая нота. Тональность повести мягко подчеркивают и иллюстрации, выполненные для настоящего издания Еленой Жуковской. В них и портрет города, который так зримо присутствует на страницах книги, и беззаботная радость юности, и тревожное предчувствие надвигающихся грозных событий, и печать предстоящей неотвратимой разлуки…
Отзыв на книгу:
До этой повести я знала и любила Вадима Шефнера как автора печально-веселых фантасмагорий и мужественно-лиричных стихов. Его стихи в составе рассказов и повестей – это отдельная тема… «Собака сторожила гладиолусы, Маячило ей счастье впереди, И ветер на собаке гладил волосы И ей шептал: «С надеждой вдаль гляди…» Уже по этим строкам можно оценить грустновато-нежный шефнеровский юмор.
Нежность… Это слово как нельзя лучше подходит к повести «Сестра печали». С нежностью рисует автор портреты молодых людей предвоенной поры. Повесть не автобиографична в буквальном смысле слова, но разделить лирического героя и автора не всегда оказывается возможным. Даже если его судьба сложилась иначе, счастливее, автор испытывает боль и отчасти даже вину перед теми, кто не вернулся с войны, кто оказался повенчан с ней, «сестрой печали»…
В повести войне отведено примерно половина. Но кажется, что все, что было до нее — учеба, дружба, любовь — было лишь подготовкой к этому огромному испытанию, выпавшему на долю поколения. Испытанию, грянувшему внезапно, каким бы неотвратимым оно не представлялось…«Прежде мне почему-то казалось, что хоть на войне и страшно, но все происходит постепеннее, что человек входит в войну как винт. А тут война вбивала меня куда-то, как гвоздь в перегородку. Удар — 22 июня; удар — я в казарме; удар — я в товарном вагоне; удар — я в этой вот траншее. Может быть, еще один удар — и гвоздь выйдет куда-то по ту сторону переборки, где уже ничего нет: ни войны, ни меня.»
А, может, и наоборот: любовь, сильная, нежная, разделенная – это то, что сохранило героя, то, что дает силы жить… и помнить.
Эта повесть — одна из лучших из всего, что мне довелось прочесть за всю свою жизнь. Она кажется мне чем-то до предела совершенным. Что и не написано даже, а родилось само собой: вышептано, напето пересохшими от волнения и горечи губами.
Так про любовь и войну, мне кажется, не писал никто. И чувства, одолевающие после ее прочтения трудно описать. Грустно и светло. И обуревает благодарность к автору, которую не высказать уже. И эмоции эти остаются с вами навсегда, как и герои повести. Выжившие и те, которым состариться не довелось.
Книга находится на ОБЩЕМ АБОНЕМЕНТЕ.
Элла Фонякова «Хлеб той зимы»
«Как это — война? Что это — война?» Немногим не понаслышке известны ответы на эти вопросы. А первоклашке Лене, оставшейся вместе с семьёй в блокадном Ленинграде, на собственном опыте приходится узнать, «как выглядит война взаправдашняя»: что такое воздушная тревога и как тушить «зажигалку», каким бывает настоящий голод и что, оказывается, оладьи можно приготовить из кофейной гущи, а студень — из столярного клея. «Хлеб той зимы» Эллы Фоняковой — это и слепок времени, и во многом автобиографичный рассказ о блокадных днях, и пронзительная история о самой обычной девочке, её семье и обо всех ленинградцах, не оставивших окружённый город. Иллюстрации к книге создала Людмила Пипченко — художница, которой с поразительной точностью удалось передать настроение повести и дать возможность читателям своими глазами увидеть одну из блокадных зим.
Отзыв о книге:
Блокада Ленинграда началась 8 сентября 1941 года и длилась долгих 872 дня. Сложно представить, как ленинградцы пережили все лишения, которые она принесла. Многие и не пережили. И мы должны о них помнить.
Спасибо книгам, которые не дают забыть. Книгам, благодаря которым подвиг каждого человека, пережившего войну, останется в памяти нынешнего и будущих поколений.
Не так много книг можно найти для того, чтобы рассказать о тех тяжелых годах детям. Показать не кровавое месиво, хотя и оно конечно имело место быть, а донести эмоции, пережитые людьми, и чувства, вызванные тяготами той жизни. «Хлеб той зимы» Эллы Фоняковой — одна из таких книг. Эта во многом автобиографическая повесть рассказана от имени первоклассницы Ленки. Она учится жить новой жизнью, даже не жить, а выживать: радоваться каждой крошке хлеба, мыться раз в полгода, смотреть в глаза смерти… Книга о тяжелом, читается со слезами на глазах, но как-то легко. Повествование так и льется, струясь грустной мелодией прямо в сердце. Дочка просила читать еще и еще. И мы читали. И обсуждали, останавливаясь почти на каждой главе. Я рада, что книга в ней отозвалась так сильно.
Книга находится на ДЕТСКОМ АБОНЕМЕНТЕ.
Кто я, чтобы писать отзыв на такую книгу? Кто я, чтобы писать отзыв на книгу такого человека? И что мой, современного сытого человека, отзыв на свидетельство страшного времени? Спасибо близким Владислава Михайловича Глинки за то, что они нашли и сохранили рукопись его воспоминаний – воистину, не горят эти рукописи! За то, что нашли силы и время издать их. Воспоминаний о блокаде опубликовано много, но эта книга отличается тем, что ее написал человек, сохранявший в годы войны и в блокаду то, что делает народ народом – его культуру и материальные ценности этой культуры. С присущим ему тактом рассказано о страшных подробностях блокадного быта. Описаны люди — коллеги, современники, деятели музейной культуры.
