205 лет назад, в 1820 году впервые начали публиковать поэму А.С. Пушкина — «Руслан и Людмила»
Поэма была написана в 1818—1820 гг., после окончания Лицея. Выбирая сюжет для «Руслана и Людмилы», Пушкин остановился на времени былинных богатырей, по легенде живших при дворе киевского князя Владимира. Знаменитый эпизод встречи с огромной головой поэт заимствовал из народной сказки о Еруслане Лазаревиче, схожим с Русланом образом добывающим меч-кладенец. Отдельные детали сюжета Пушкин взял из вышедших в 1818 году первых томов !Истории государства Российского» Карамзина, оттуда заимствованы многие подробности и имена всех троих соперников Руслана (Рагдай, Ратмир и Фарлаф). Эпизод с Ратмиром, попадающим в замок полный прекрасных красавиц, родился благодаря поэме Жуковского «Двенадцать спящих дев». Кроме того Пушкин опирался и на западные образцы фантастические поэмы, такие как «Орлеанская девственница» Вольтера и «Неистовый Роланд» Ариосто.
Поэма начала печататься в «Сыне отечества» весной 1820 г. в отрывках, первое отдельное издание вышло в мае того же года (как раз в дни ссылки Пушкина на юг)в типографии Николая Греча, экземпляр стоил 10 рублей и вызвал возмущённые отклики многих критиков, усмотревших в ней «безнравственность» и «неприличия». «Наш молодой поэт имеет право называть стихи свои грешными, — констатировал Александр Воейков в придирчивом критическом разборе поэмы. — Он любит проговариваться, изъясняться двусмысленно, намекать, если сказать ему не позволено, и кстати и некстати употреблять эпитеты: нагие, полунагие, в одной сорочке, у него даже и холмы нагие, и сабли нагие. Он беспрестанно томится какими-то желаниями, сладострастными мечтами, во сне и наяву ласкает младые прелести дев; вкушает восторги и проч».
Особую позицию занял П. А. Катенин, упрекавший Пушкина, наоборот, в недостаточной народности и излишнем «приглаживании» русских сказок в духе французских салонных повестей. Значительная часть читающей публики приняла поэму восторженно. Считается, что с появления «Руслана и Людмила» началась всероссийская слава Пушкина.
Для Пушкина, который незадолго до выхода поэмы в свет отправился за вольнолюбивые стихи в южную ссылку (формально это называлось переводом по службе), такие обвинения, особенно высказанные публично, были весьма неприятны и опасны — и запомнились надолго.
Во второй половине 1820-х годов, уже после возвращения из михайловской ссылки, Пушкину было важно вернуть себе репутацию «благонадежного человека», и «Руслан и Людмила» оказалась тем благодатным материалом, на котором можно было продемонстрировать разницу между прежним юношеским легкомыслием и новым авторским (само)сознанием. По-видимому, этим объясняются изменения и изъятия в тексте готовившейся к переизданию поэмы и форма их презентации. На рассмотрение Николаю I, который сам хотел быть цензором Пушкина, поэт послал печатный экземпляр первого издания «Руслана и Людмилы» с авторскими поправками. Прежде всего они коснулись фривольных, легкомысленных фрагментов. Император благосклонно оценил такую авторедактуру и разрешил печатать поэму.
Однако ликвидировать все легкомысленные или двусмысленные фрагменты «Руслана и Людмилы» Пушкин, очевидно, не собирался, а в ряде случаев просто не мог этого сделать, потому что они содержались в ключевых эпизодах поэмы.
В 1828 Пушкин подготовил второе издание поэмы, добавил эпилог и вновь написанный знаменитый «пролог» — формально часть Песни первой («У лукоморья дуб зелёный…»), усиливший условно-фольклорную окраску текста.